16+ Версия для слабовидящих
Сведения об образовательной организации
Подписка RSS
Карта сайта
Войти на сайт
Главная > Об университете > История > Становление и развитие Башкирского государственного аграрного университета


Студенты института по завершении курса «Земледелие», 1933 г.


Профессор К.П.Краузе читает лекцию по физике


Сбор гербария на практике студентами зоотехнического факультета, 1940 г.


Занятие по изучению трактора


Занятие на растениеводческом факультете


Учебная лаборатория института


Государственная экзаменационная комиссия на
зоотехническом факультете, 1938 г.


Профессорско-
преподавательский состав института в 30-е гг.


Занятие на животноводческом факультете


На учебной пасеке института, 1935 г.

Башкирский край издавна прославился чудесной природой – бескрайними лесами, медоносными лугами, знаменитыми черноземами и благоприятными условиями для развития животноводства. Однако низкий уровень производительных сил не позволял рационально и с достаточной степенью интенсивности развивать сельскохозяйственное производство. Последнее испытывало острую нужду в высококвалифицированных кадрах, способных вести его на научной основе. В свою очередь, сама аграрная наука не могла развиваться без специалистов, подготовленных в высших учебных заведениях.

В Уфимской губернии до первой мировой войны работало около 60 агрономов, 3 зоотехника, 15 инструкторов по пчеловодству и 10 инструкторов по садоводству и огородничеству. Функционировавшие тогда Аксеновская, Ляховская и Юматовская сельскохозяйственные школы, предоставлявшие низший уровень профессионального образования, не в состоянии были решить эту проблему.

Впервые вопрос об открытии в губернии высшего сельскохозяйственного учебного заведения рассматривался 19 октября 1916 г. Уфимским уездным собранием, 9 января 1917 г. – Уфимским земским собранием, которые признали необходимость открытия сельскохозяйственного вуза в Уфе.

В целях привлечения внимания общественности главный агроном губернии И.Орлов в 1917 г. издал брошюру под названием «Об учреждении в г. Уфе сельскохозяйственного института». Главный вывод автора – необходимость коренного преобразования системы земледелия и повышения производительности сельского хозяйства путем подготовки специалистов с высшим образованием. Однако бурные революционные события 1917 г. с последующей сменой общественно-политического строя страны послужили веской причиной того, что решение данного вопроса пришлось отложить на неопределенный срок.

Изгнание интервентов и окончание гражданской войны создали благоприятные условия для возобновления деятельности дореволюционных и создания новых учебных заведений.

Были открыты Куюргазинская и Месягутовская сельхозшколы. В 1920 г. в Уфимскую губернию было эвакуировано Псковское среднее сельскохозяйственное училище, которое в ноябре того же года начало функционировать как Миловский сельхозтехникум.

Следует отметить, что в начале 20-х годов, по решению Главного управления профессионального образования РСФСР, ряд сельхозтехникумов был преобразован в институты, а многие сельхозшколы – в техникумы. Так, Миловский сельскохозяйственный техникум в конце 1921 г. был реорганизован в Уфимский сельскохозяйственный практический институт. Однако изменение статуса учебных заведений не сопровождалось дальнейшим укреплением их учебно-материальной базы и преподавательского корпуса. Поэтому уже летом 1923 г. несостоявшееся в данном статусе учебное заведение вновь было преобразовано в Миловский сельскохозяйственный техникум. Большинство сельскохозяйственных техникумов в следующем году также было возвращено в свое прежнее положение – продолжали действовать как сельхозшколы. Но дореволюционные учебные заведения, имевшие достаточно прочную материальную базу и квалифицированных в своем большинстве преподавателей, сохранили свой новый уровень. Тем не менее, аграрный сектор экономики Башкирской республики, как и раньше, остро нуждался в специалистах. Так, в 1922 г. в хозяйствах работало всего 80 агрономов, в том числе с высшим образованием – 7 специалистов, среднеспецильным – 37, низшим – 36. Землеустроителей и землемеров было 120, ветеринарных врачей – 17, ветфельдшеров – 72, лесничих – 110, мелиораторов – 19. Насколько остра была необеспеченность сельского хозяйства кадрами видно из следующих цифр: один агроном в среднем обслуживал восемь волостей с числом селений в 250-300.

Учитывая отсутствие в национальных республиках необходимого научного потенциала, Академия наук СССР, отдельные центральные вузы начали планомерно изучать их производительные силы с целью оказания помощи в развитии экономики и культуры. Комплексная экспедиция академии, состоявшая из 17 специализированных отрядов, в состав которых входило более ста ученых, работала в БАССР в годы первой пятилетки. Весной 1929 г. по просьбе правительства республики приступили к научным исследованиям 40 ученых Московской сельскохозяйственной академии имени К.А.Тимирязева (МСХА). Председателем шефской комиссии по оказанию помощи Башкирской АССР был назначен профессор В.Р.Вильямс. Не лишним будет отметить, что многие посланцы республики получили образование в этой знаменитой академии. Их численность, например, в 1929-1930 гг. составила 45 человек.

Оказание шефской помощи республике центральными научными и учебными учреждениями имело важное значение для изучения и развития производительных сил края. Однако лишь таким путем невозможно было удовлетворить растущие запросы республики в специалистах и научных кадрах. По нормам Госплана БАССР, например, потребность сельского хозяйства в кадрах высшей квалификации на 1931 г. определялась количеством в 1785 человек, в то время как работало только 137. Поэтому создание высшего сельскохозяйственного учебного заведения в Башкирии стало неотложной задачей. БАССР нужны были специалисты, знающие своеобразные географические, почвенные и климатические условия края, особенности его сельского хозяйства и к тому же владеющие языками народов республики. Между тем, в 1930 г., например, среди агрономов башкиры составляли лишь 2,5 %, татары - 12%.

В 1930 г., с учетом значения кадрового обеспечения села во многих областях и республиках Советского Союза были организованы сельскохозяйственные вузы.

Вопросами организации сельскохозяйственного института непосредственно занималась специально созданная правительственная комиссия БАССР. Наконец, 10 июля 1930 г. СНК РСФСР, 23 июля - ЦИК и СНК СССР приняли постановление об открытии с 1 октября того же года Башкирского сельскохозяйственного института.

Директором БСХИ был назначен Абдурахман Гиниятуллович Асадуллин, внесший большой вклад в установление и упрочение Советской власти в Уфимской губернии. Участник гражданской войны, прошедший ее в должности политкомиссара, он обладал незаурядными организаторскими способностями, что помогло ему при активной поддержке руководства республики организовать за рекордно короткий срок времени – три летних месяца – высшее учебное заведение.

Заведующим учебной частью стал Хафиз Салихович Кальметьев, выпускник МСХА, который принимал активное участие в становлении Советской власти в Белебеевском уезде. К организационной работе в качестве уполномоченного ЦИК был привлечен только что окончивший МСХА Юсуф Абдурахманович Усманов, ставший впоследствии крупным ученым, всю свою жизнь посвятившим родному институту.

Под учебный корпус было отведено трехэтажное здание бывшей духовной семинарии по улице К Маркса, 3. После Октябрьской революции там размещалась татаро-башкирская областная школа-девятилетка с интернатом. За лето 1930 г. была проведена впечатляющая организационная и подготовительная работа: отремонтировано и приспособлено здание, приобретены необходимый инвентарь, лабораторное оборудование и учебные пособия. Здание отапливалось дровами – его обогревало около пятидесяти печей. Институт в первое время не имел собственного транспорта, за ним был закреплен кучер на единственной лошади.

Для размещения иногородних студентов специального общежития не было. Остро нуждающиеся были размещены на четвертом этаже учебного корпуса в двух комнатах, в которых проживало по 30-40 человек. Три года спустя на улице Гоголя (ныне гам размещены учебные корпуса БГУ) были построены три двухэтажных общежития из соломитовых плит, что практически сняло для студентов остроту жилищного вопроса.

Одновременно с созданием материальной базы в столице БАССР предстояло решить много организационных вопросов в Москве. Эта работа была возложена в основном на Х.С.Кальметьева и Ю.А.Усманова. Необходимо было определить структуру факультетов, утвердить учебные планы, решить вопросы, связанные с финансированием института, заняться размещением заказов на оборудование, вести переговоры по кадровому комплектованию кафедр и разрешить много других проблем, имеющих самое непосредственное отношение к становлению института. Тщательно изучена была организация учебного процесса в Казанском ветеринарном институте. Большую учебно-методическую помощь оказывали Башкирская экспедиция АН СССР и Шефский комитет МСХА. При их поддержке были оборудованы кабинеты и лаборатории. Учебные планы и рабочие программы МСХА послужили основой для разработки собственных. Большинство приглашенных на работу преподавателей являлись выпускниками этих двух знаменитых учебных заведений. Так лучшие традиции Московской сельскохозяйственной академии и Казанского ветеринарного института продолжились и приумножились в БСХИ их питомцами – ведущими преподавателями института.

Несмотря на неимоверные трудности, основные организационные вопросы были решены своевременно, что дало возможность начать учебные занятия 1 октября 1930 г. Институт тогда состоял из растениеводческого и животноводческого факультетов, деканами которых работали Ю.А.Усманов и Ш.Н.Чанборисов.

С учетом острой потребности в кадрах в первом учебном году прием студентов был произведен дважды: в сентябре были зачислены 99 человек, в апреле – 45. Особенностью первого набора студентов являлось то, что большинство из них имели среднеспециальное образование и поступили по конкурсу, что позволило подготовить их по ускоренной программе – за 3,3 г.

Студенты, поступившие в апреле 1931 г., обучались четыре года. Одновременно при БСХИ функционировали рабфак и подготовительные курсы для поступления в вуз. В начале 1931 г. на дневном и вечернем отделениях рабфака обучались 303 человека. Из них башкиры составляли 32 %, татары – 23%, русские – 33 %. Около 40 % слушателей рабфака приходилось на долю женщин.

В 1930-1931 гг. создавались первые пять кафедр: физики, общей и агрономической химии, ботаники, зоотехнии, механизации сельского хозяйства, В их составе работали 13 преподавателей, в том числе профессор, пять доцентов и семь ассистентов.

В 1933 г. новое пополнение насчитывало уже 278, а в 1939 г. – 396 человек. БСХИ открыл дорогу к высотам науки и профессиональной деятельности представителям всех народов республики. Так, в 1931-1932 учебном году среди 233 зачисленных в институт русских было 88 (37,8 %), башкир – 65 (27,9 %), татар – 49 (21 %), чувашей – 12 (5,2 %), марийцев – 2 (0,8 %) и других национальностей – 17 (7,2 %). По социальному положению рабочих было 74 (32,8 %), крестьян – 103 (44,2 %), служащих – 56 (22,8 %) и представителей других социальных слоев населения – 3 (1,2 %). Женская часть студенчества составляла 32 %. Как видим, на учебу в первую очередь принимались юноши и девушки из числа рабочих и крестьян.

Как известно, для успешной учебы важное значение имели социально-бытовые условия студентов, однако обеспеченность стипендией составляла только 70%. Половина из числа неполучавших стипендию студентов не в состоянии были продолжать учебу. Поэтому этот вопрос был вынесен на рассмотрение Коллегии Башнаркомзема республики, а так же президиума СНК БАССР в ноябре 1930 г. Решением правительства стипендиальный фонд вуза был увеличен за счет республиканского бюджета. На 1 октября 1931 г. уже 85 % студентов получали стипендию.

В центре внимания руководства института находился учебный процесс. К 1931-32 учебному году на второй курс от Наркомата земледелия РСФСР готовых учебных планов и рабочих программ, соответствующих профилю данного учебного заведения, не было получено. Кафедры совместными усилиями усовершенствовали и доработали учебные планы, рабочие программы на I курс, составили учебный план и программы на II курс. Серьезную трудность представляло отсутствие полноценных учебников и пособий, а также нехватка научной литературы.

В 1933 г. для решения важнейших вопросов деятельности вуза был создан совет института, состоящий из представителей профессорско-преподавательского состава и студентов. Постановления, принимаемые советом, являлись обязательными для всего коллектива.

До начала 30-х гг. в учебных заведениях укоренился так называемый лабораторно-бригадный метод обучения. Суть его заключалась в том, что каждая группа подразделялась на несколько бригад, в которые входило 4-5 студентов.

Бригада получала от преподавателя задание и коллективно его выполняла. Экзаменов и зачетов не было. Вследствие этого преподаватель не мог оценить знания каждого студента в отдельности, а самым нерадивым из них предоставлялась удобная возможность не обнаружить своих пробелов в учебе. Неслучайно ЦИК СССР в постановлении от 19 сентября 1932 г. «Об учебных программах и режиме в высшей школе и техникумах» отменил лабораторно-бригадный метод и ввел экзамены и зачеты как эффективные формы контроля знаний студентов. Главное место в учебном процессе стали занимать лекции и самостоятельная работа студентов. Теоретическое и произво¬дственное обучение рассматривалось те¬перь как единый учебный процесс. Поэтому в рабочих программах предусматривалось прохождение учебной и производственной практик. К тому же уже с 1931 г. началось шефство института над отдельными колхозами Альшеевского («Правда», имени Сталина), Уфимского («Красный безбожник»), Чишминского («Марс-1») районов, на базе которых проводились опыты и одновременно им оказывалась всесторонняя научно-производственная помощь. Шефская работа повышала качество практической подготовки студентов.

На 1933-34 учебный год учебными программами по всем дисциплинам институт был обеспечен полностью. В январе-феврале 1934 г. поступили новые типовые планы, разработанные Наркомземом СССР. Однако новые учебные планы не предусматривали изучение родного и русского языков, что было необходимо в условиях национальной республики. Поэтому БСХИ ввёл в учебный план изучение русского и башкирского языков за счёт увеличения сроков обучения.

В следующем учебном году особое внимание уделялось дальнейшему совершенствованию учебного процесса. Положительно сказывалось проведение конкурса на лучшую лекцию. В результате прекратилось проведение занятий без планов, в порядке вещей стало иллюстрирование лекций, семинарских и лабораторных занятий демонстрационными материалами и сопровождение опытами. Решено было провести аналогичные конкурсы на лучшее семинарское и лабораторное занятие.

Большое значение имело также налаживание учёта текущей успеваемости студентов. В первые годы он заключался исключительно в приеме зачетов по разделам программ курса. По отдельным дисциплинам такой контроль знаний занимал до 30% учебного времени. Учёба в значительной степени превращалась в бесконечную сдачу зачётов. В первом полугодии 1933-34 учебного года на методическом совещании были установлены новые правила учёта знаний: во-первых, от прежней системы контроля знаний отказались, во-вторых, учёт успеваемости студентов велся ежедневно, в-третьих, были установлены новые формы контроля знаний, которые заключались в систематическом опросе студентов, проверке контрольных, практических, лабораторных работ, составлении гербариев и коллекций, выполнении по заданию преподавателя самостоятельных работ, рабочих записей, чертежей и зарисовок.

Одной из форм контроля самостоятельной работы студентов являлись периодические проверки конспектов. Более того, после прохождения темы или раздела программы проводилась письменная контрольная работа. На старших курсах практиковалось также прослушивание рефератов, выполненных самостоятельно студентами. Совершенствование методики преподавания, усиление контролируемой самостоятельной работы студентов привели к повышению качества образования. Не случайно многие приемы и способы организации учебного процесса довоенного времени твердо укоренились в системе вузовского образования до последнего времени.

Достаточно большая работа проводилась по части подготовки к экзаменационным сессиям. Процесс подготовки к экзаменам широко освещался в стенной печати. Для оказания действенной помощи студентам преподаватели возлагали на себя огромную дополнительную учебную нагрузку: читали обзорные лекции, организовывали занятия с неуспевающими студентами. Широко была развернута консультационная работа. В вечернее время в распоряжении студентов находились кабинеты, в которых желающим заниматься были предоставлены необходимые наглядные пособия и литература. Под руководством общественных организаций была организована шефская помощь неуспевающим студентам отличниками учебы; под их эгидой проводились также факультетские конкурсы на лучший конспект. Для повторения учебного курса по отдельным предметам при кафедрах создавались специальные кружки. Кроме того, во внеурочное время преподаватели посещали студенческие общежития, в которых они оказывали методическую помощь непосредственно в подготовке к зачетам и экзаменам.

Отметим, что еще в начале учебного года на первом курсе проводились контрольные письменные работы для выявления общеобразовательного уровня студентов, что дало возможность дифференцировать в дальнейшем самостоятельную работу с ними. Результаты проверочных диктантов, например, по русскому языку обсуждались на студенческих собраниях, освещались в стенной печати, тем самым вырабатывалось общественное мнение в части негативного отношения к проявлениям неграмотности.

В 1933-34 учебном году лучшей кафедрой по организации самостоятельной работы со студентами была признана кафедра химии. Ею было проведено в общей численности 1106 часов консультаций. Особое внимание было уделено зоотехническому факультету, где основная масса студентов слабо разбиралась в вопросах данной дисциплины. В итоге совместной дополнительной работы преподавателей и студентов по химии не стало неуспевающих. Следует отметить, что, как правило, дополнительные занятия проводились за определенную плату. Кафедра математики, например, провела 200 платных часов дополнительных занятий, а также 585 консультаций. Такая помощь отстающим студентам была организована всеми кафедрами вуза.

Следует отметить, что ввиду отсутствия некоторых необходимых кабинетов, лабораторий и оборудования кафедры изыскивали возможность использования учебно-материальной базы других вузов. Так, преподаватели кафедры физики до 1934 г. лабораторные, до 1937 г. лекционные занятия проводили в знаменитом Уфимском физическом институте, организованном профессором К.П.Краузе.

В то время советские люди жили и трудились сознанием того, что они строят в стране новую жизнь - социализм. Все они были охвачены огромным энтузиазмом, чувством патриотизма и гордости за свою Родину. В этих условиях деятельность многочисленных общественно-политических организаций и добровольных обществ во многом определяла образ жизни студенчества. Революционный романтизм, мечты о строительстве самой справедливой жизни на Земле и стремление принять в нем личное участие – вот что было характерно для поколений первых пятилеток. В то же время неграмотность и малограмотность большинства трудоспособного населения на фоне глубоких социально-экономических преобразований, проводившихся не без ошибок и перегибов, обуславливали имевшую место в поступках молодых людей излишнюю прямолинейность, граничащую с наивностью, не говоря уже о бескомпромиссном классовом подходе к решению многих проблем общественной жизни. Причем все эти зачастую излишне прямолинейные действия искренне подчинялись идее самопожертвования ради интересов общего дела, к тому же официальная пропаганда бесконечно доказывала объективный и временный характер трудностей, имевшихся на путях строительства новой жизни.

Партийная, комсомольская, профсоюзная и другие общественные организации являлись важнейшим рычагом в проведении генерального курса ВКП(б). 4 октября 1930 г. была создана партийная организация института, состоявшая из 32 человек, 72 % коммунистов являлись студентами и слушателями рабфака. Первым ее ответственным секретарем был избран X.Амиров, 36-летний студент. На заседаниях бюро, собраниях обсуждались текущие и перспективные вопросы развития института. Только в течение ноября проведено девять заседаний бюро и пять общих собраний. Уже на втором заседании бюро было принято решение обратиться в вышестоящие органы с просьбой о закреплении за институтом одного из городских районов для участия в ликвидации неграмотности населения и разрешении установить дежурства в Доме крестьянина для регулярной консультации приезжих. Тот факт, что большинство партийцев составляли студенты и слушатели рабфака, имело важное значение для мобилизации коллектива на решение прежде всего внутренних проблем вуза.

Однако эффективность партийной работы несколько снижала частая смена членов бюро и его ответственного секретаря. Так, уже в ноябре того же года был избран новый состав бюро во главе со студентом К.Салимовым.

Беспринципность и наивность отличали те собрания коммунистов, на которых заочно осуждались действия так называемых оппозиционеров, уклонистов, и все это при отсутствии сколько-нибудь достоверной информации о их якобы вредной деятельности. Огню критики подвергались факты общения с духовенством, торговли, ношения «буржуазной» одежды и др. Так, за торговлю маслом на заседании бюро было рассмотрено персональное дело студента Гареева. В итоге было принято решение исключить его из партии и ходатайствовать перед директором об отчислении из вуза. Периодически проверялся социальный состав студентов. «Неблагонадежные» отчислялись из института.

Комсомольская организация института в количестве 153 человек образовалась 8 октября 1930 г. Первым ее секретарем был избран студент рабфака Г.А.Ахунзянов.

Все студенты вели активную общественную работу. Около 95 % из них имели постоянные или временные поручения, а остальные освобождались из-за слабой успеваемости. Уже в конце декабря в школах ликвидации неграмотности работало 45 комсомольцев, в подшефных деревнях – 12, среди пионеров – четыре активиста. Особенностью тех лет являлось довольно частое отвлечение студентов на практические работы. Так, девять студентов были направлены на обследование колхозов сроком на один месяц. В январе 1931 г. на такой же срок были отправлены 70 человек для участия в составлении производственных планов колхозов и совхозов, В мае 100 человек участвовали в организации весенне-полевых работ. В июне-июле 73 человека занимались подготовкой к уборке урожая, а около ста студентов принимали в ней непосредственное участие. Тем не менее различные мероприятия практического характера дирекция стремилась увязывать с теоретическим обучением.

Несмотря на обилие различных мероприятий учеба у студентов не была в ущербе. В 1933-1934 учебном году, например, успеваемость по институту составляла 97 %. Очень широко была развита взаимопомощь в учебе между студентами. В год два раза созывались слеты отличников и отстающих, на которых передовики учебы делились опытом, разрабатывали рекомендации по улучшению организации учебного процесса. Студентам-активистам, успевающим на «хорошо» и «отлично», в торжественной обстановке вручались специальные удостоверения ударника. А студенты Б.З.Ахметзянов, Ф.Х.Ахтямов заслужили Сталинскую стипендию. Таким студентам представлялись некоторые льготы. Так, на улучшение питания ударников дирекция отпускала дополнительные средства. В столовой для них были отведены специальные столы, которые обслуживались вне очереди.

Важнейшим показателем активности студентов считалось их членство одновременно в нескольких организациях и обществах. Создавались ячейки Международной организации помощи борцам революции, общества содействия авиационно-химическому строительству, «Долой неграмотность» и др. Они периодически занимались сбором денег в свои фонды, распространяли заем «Пятилетку – за четыре года», для чего на общем собрании было принято решение выделить на эту общественную акцию половину стипендии, а студент Хамитзянов публично заявил, что он подписывается на заем на месячную сумму стипендии и призвал последовать его примеру однокурсника Мирхайдарова. Тогда готовность идти на самопожертвование ради общественных интересов была массовым явлением. Однако это происходило в то время, когда к середине октября 1931 г. студенты были обеспечены обувью на 60 %, пальто – 75 %, костюмами – на 25%.

В довоенные годы комсомольскую организацию института возглавляли И.Я.Габдуллин, Н.А.Казаков, Ф.И.Уманцев и др.

Одновременно многие студенты состояли в профсоюзной организации. Первым ее руководителем был избран студент Х.И.Мухсинов. Общие собрания проводились ежемесячно. Текущей профсоюзной работой руководил профсовет, который подразделялся на ряд секторов. Периодически в вузе, общежитии организовывались субботники. Студенты участвовали в строительстве железной дороги Уфа-Ишимбаево. По инициативе профактива действовала группа помощи для отстающих по математике; прогулы, опоздания на занятия принципиально обсуждались в конце каждой недели; проводились конкурсы на лучший конспект, лучшую комнату в общежитии.

Становление и развитие института в довоенные годы связано с именем его директора Мидхата Назмутдиновича Гумерова – выпускника Московской сельскохозяйственной академии, талантливого организатора и преподавателя, В период деятельности М.Н.Гумерова на этом ответственном посту (1933-1937) институт поистине преобразился и приобрел достойное вузовское лицо. Его руководитель сумел укомплектовать кафедры известными учеными. В институт пришли профессор Н.А.Дроздов, растениевод, доцент А.С.Шутко, преподававший генетику, профессор Л.С.Пирогов, возглавивший кафедру физиологии животных, доцент Х.Р.Султанаев, которому было доверено руководство кафедрой частной зоотехнии, доцент Б.М.Сахаутдинов, специалист по физиологии растений, к заведованию кафедрой зоологии приступил профессор П.А.Положенцев, кафедру ботаники возглавил профессор А.Н.Богданов, на кафедру частной зоотехнии был приглашен профессор И.Я.Прицкер.

Высококвалифицированные кадры определили вузовский стиль работы: лекции читались на высоком профессиональном уровне, студенты привлекались к серьезным научным исследованиям. Создавались разнообразные научные кружки. С 1935 г., по инициативе профессора Л.Г.Пирогова, стали регулярно проводиться научные конференции; были организованы специальные курсы по подготовке в аспирантуру. С 1937 г. стали издаваться труды ученых института.

Подвижническая деятельность известных ученых дисциплинировала студентов, вызывая восхищение их педагогическим мастерством и талантом, пробуждая жажду научного поиска.

Одним из крупных достижений 1934 г. была организация на 500 гектарах земли учебного хозяйства. На нем расположились учебная ферма, пасека, огород, плодовый сад, селекционное поле, метеорологическая станция, ремонтные мастерские. Перед вузом открывались новые возможности обеспечения единства теории и практики.

В 1931-1933 гг. производственная практика студентов проводилась в период весенне-посевных и осенне-уборочных работ в совхозах «Миловский», «Лагерь», «Возрождение», «Смычка». Однако в первые годы организации практики допускались ошибки: студенты использовались на производстве без учета их будущей специальности, базовыми предприятиями не были назначены руководители-специалисты.

Отметим, что уже в 1933-34 учебном году многое было исправлено: впервые производственная практика проводилась по заранее составленным программам и на договорной основе с предприятиями. Студенты выезжали на практику с преподавателями, имея уже рабочие планы, дневники, располагая необходимыми учебными пособиями и приборами. Перед отправлением на практику со студентами проводили инструктаж ответственные лица кафедр и сотрудники Наркомата земледелия. При выборе места прохождения практики учитывались темы дипломных работ, выбранных студентами. В 1938-1939 гг. производственная практика была организована по полеводству в двух МТС и двух опытных станциях, а по животноводству - в четырех государственных племенных рассадниках, трех конезаводах, шести совхозах и колхозах. А отчеты о прохождении практики студентов заслушивались на кафедре с участием представителей Наркомата земледелия.

В ходе производственной практики кафедра земледелия и почвоведения обследовала почвенный покров земель учхоза: для анализа было взято 200 образцов почвы, 12 монолитов, что позволило составить почвенную карту учхоза. Кафедра ботаники выявила 80 растительных видов, составила гербарии. Студенты зоотехнического факультета под руководством преподавателей по пчеловодству ознакомились с пасекой учхоза, произвели необходимые усовершенствования.

Постепенно улучшилось материальное обеспечение студентов. В 1933-34 учебном году уже все студенты были обеспечены государственной стипендией, которая распределялась дифференцированно, по степени успеваемости студентов. По факультетам стипендия выплачивалась в среднем в следующей сумме: агрономический – 85 рублей, зоотехнический – 91 рубль, ветеринарный – 101 рубль. Общежитием были обеспечены все студенты.

В следующем учебном году ученическими принадлежностями и бельем в общежитии были обеспечены, в основном, также все студенты. В институте имелась своя столовая, насчитывавшая свыше 50 посадочных мест. Серьезным подспорьем в обеспечении студентов дешевым питанием стали учебное и пригородное хозяйства. В летнее время часть студентов отдыхала в домах отдыха и санаториях.

Одновременно большое внимание уделялось культуре быта: действовал институт культуры, где для студентов читался курс лекций по вопросам этики, эстетики, этикета, расширялись их знания в области литературы. Результат целенаправленной культурно-просветительской работы не замедлился сказаться: в 1933-1934 учебном году прекратилось курение в стенах института и общежитиях; к тому же в учебных помещениях стало заметно чище, а сами студенты приобрели подтянутый вид, что создавало общее приятное впечатление. Развивалась в вузе и художественная самодеятельность, что также заметно повышало культурный уровень студентов.

Знаменательным событием в жизни института стал первый выпуск специалистов, датируемый 30 декабря 1933 г.: 44 агронома зернового хозяйства и 42 зоотехника по крупному мясо-молочному скотоводству получили путевку в большую жизнь. На экзаменах и при защите дипломных работ многие из них демонстрировали отличные теоретические знания и всестороннюю подготовку, хорошие практические навыки, Заметим, что темы дипломных работ отражали актуальные научные проблемы, решение которых требовало новизны подхода применительно к местным условиям. Заданному уровню соотвествовали, например, дипломные работы А.Гильванова «Нуждаемость башкирских почв в извести», В.Дубровина – «Сроки внесения минеральных удобрений», Л.Т.Ивановой – «Сортоизучение кукурузы в условиях Башкирии», Ш.Чанбарисова «Разведение свиней в Башкирии» и др. Признавая особую важность события, для участия в торжестве прибыл нарком земледелия РСФСР Муралов, присутствовали на нем представители обкома партии и правительства.

Впоследствии первые выпускники зарекомендовали себя высококомпетентными специалистами. Так, А.Н.Гильванов долгие годы заведовал сельскохозяйственным отделом обкома партии; Г.Л.Ахметов, А.К.Ермолаев работали заместителями наркома республики, причем последний стал доктором наук. М.Х.Галеев, Р.Г.Бакиров и Х.Н.Каусаров преподавали в родном институте.

В 1934 г. БСХИ приобрел статус вуза союзного значения, что явилось результатом признания его заслуг.

Другим важным событием этого года стало присвоение БСХИ имени Афзала Мухутдиновича Тагирова, председателя ЦИК и Союза писателей БАССР.

В 1934-35 учебном году в институт было принято 275 студентов из 500 подавших заявление, из них 30 окончили рабфак, 60 -подготовительные курсы вуза, т.е. 33% абитуриентов были подготовлены к поступлению непосредственно в институте. Социальный состав первокурсников выглядел следующим образом: рабочих было 49 (14,5%), колхозников - 179 (65%), служащих - 56 (20,5%). По национальному составу: башкир - 76 (27,8%), татар - 52 (18,9%), русских - 108 (39%), чувашей - 16 (5,8%), украинцев - 10 (3,6%), других - 13(5%). В контингенте студентов заметно увеличился процент представителей коренной национальности. Это произошло благодаря повышению их общеобразовательной подготовки на подготовительных курсах. В том же учебном году в вузе работали 37 преподавателей, в том числе два профессора, 20 доцентов.

Осенью 1935 г. институт торжественно отметил свой пятилетний юбилей. К этому времени было подготовлено 130 агрономов и зоотехников высшей квалификации. На трех факультетах обучалось 430 человек, на подготовительных курсах – 130, на рабфаке – 300, из них 90 башкир и 60 татар. Правительство БАССР достойным образом оценило деятельность института. В связи с юбилеем вузу были выделены грузовой и легковой автомобили, комбайн, трактор, а также дополнительные средства на покупку оборудования и ведение научно-исследовательских работ, на организацию опытного поля. Группа ученых была награждена грамотами ЦИК Башкирской АССР и ценными подарками, Пяти студентам были назначены персональные стипендии.

На новый 1936-37 учебный год в число студентов был принят лишь 81 человек, но с хорошей общеобразовательной подготовкой. Поэтому преподаватели больших трудностей в обучении первокурсников не испытывали. На 1 сентября 1936 г. коллектив института состоял из 1030 человек: студентов агрофака и зоофака насчитывалось в общей сложности 460, слушателей рабфака – 420, преподавателей – 46, обслуживающего персонала – 16. Этот учебный год был знаменателен тем, что впервые было установлено твердое расписание учебных занятий на старших курсах, был выделен день для самостоятельной работы студентов, впервые были введены государственные экзамены.

Следует отметить, что в контингенте студентов наблюдалась достаточно высокая текучесть. Так, в течение 1938-39 учебного года из 455 обучающихся выбыло 102 студента, т.е. процент отсева составил 22,4%. Это свидетельствовало о высоком уровне требований, при котором приоритет отдавался качеству подготовки специалистов.

В учебном процессе по-прежнему серьезное внимание уделялось самостоятельной работе студентов. С 1938-39 учебного года студенты заранее получали календарные рабочие планы с указанием литературы по каждой теме для самостоятельной проработки. К тому же впервые отдельные кафедры разработали по отдельным темам методические советы по их изучению. В связи с недостатком оборудования практиковалось разделение учебных групп на подгруппы.

Одновременно увеличился объем консультационной работы. В том же учебном году, например, преподавателями было проведено консультаций в объеме 3277 часов. Это была поистине подвижническая работа.

В силу предпринимавшихся кардинальных мер неизменно возрастала успеваемость студентов. Так, если в 1938-39 учебном году на «хорошо» и «отлично» занималось 46,5% студентов, то в следующем – уже 54%. Рост академической успеваемости был заметен и на государственных экзаменах. В 1939/40 учебном году, например, государственные экзамены на «отлично» и «хорошо» сдали 74,2% студентов.

Однако несомненные успехи в области подготовки высокопрофессиональных кадров в значительной мере были омрачены засильем тоталитарного режима. Политика хронического поиска «врагов народа», исходившая из сталинской теории усиления классовой борьбы, по мере дальнейшего продвижения общества к социализму создавала атмосферу всеобщей подозрительности, поощряла доносительство. Отдельные производственные недочеты, допущение отклонений от генерального курса ВКП(б) в преподавании наук оценивались как вредительство. Отметим, что в проведении своей антинародной политики Сталин и его ближайшее окружение опирались не только на органы НКВД, но и на партийные комитеты. Отдельные лица специализировались на «разоблачениях» врагов строительства социализма, фабрикуя обвинения из вымышленных и подтасованных фактов. Так, в БСХИ еще в 1934 г. была «разоблачена» националистическая группа из 12 человек, которые, якобы, разработали программу создания повстанческих сил совместно с другими вузами с целью свержения советской власти и организации мелкобуржуазного Восточного государства. Нашли и руководителя – Ишбулатова Афтаха, у которого брат отца был царским генералом. В том же году с трибуны 16 областной партийной конференции было заявлено, что «партколлектив БСХИ быстро отреагировал на попытки ревизии марксизма Котовым, Курбановым, выявлены конкретные факты хвостизма, отражающие идеологию мелкобуржуазных элементов».

Все это позволяло начать массовый террор против преданных строителей нового справедливого общества. Лишь по Башкирии было репрессировано 50293 человека. Только в 1937 г. в республике было арестовано 8577 человек. Среди них – лучшие представители БСХИ. Арестованы и отправлены в лагеря бывшие директора А.Г.Асадуллин, М.М.Вахитов. Подвергались аресту директор М.Н.Гумеров и преподаватель Х.С.Кальметьев. По свидетельству профессора Ю.А.Усманова, причиной тому послужил донос одного из сотрудников института, который писал о том, что они находятся на позициях буржуазного национализма и поддерживают связь с врагами народа. Мидхат Назмутдинович отсидел в тюрьме 19 месяцев. Закрытый суд его оправдал. По возвращении в институт он недолго проработал доцентом кафедры организации сельскохозяйственных предприятий, а затем перевелся на работу в этой же должности на кафедру экономики сельского хозяйства Московской академии сельского хозяйства.

Х.С.Кальметьев пробыл в сталинских лагерях 18 лет. В институт больше не вернулся. После ареста М.Л.Гумерова на пост директора БСХИ был назначен Гариф Абдуллович Габдуллин. Однако через 8 месяцев он также был арестован и осужден с пятилетним сроком лишения свободы.

Серьезно пострадала и писательская организация республики. Многие известные писатели, в том числе Афзал Тагиров, были расстреляны как «враги народа». В соответствии с постановлением Президиума ЦИК БАССР от 9 августа 1937 г., институт лишили присвоенного ему совсем недавно имени Афзала Тагирова.

Несмотря ни на что, институт продолжал функционировать и развиваться. Заметный след в истории БСХИ довоенного времени оставил его директор Леонтий Иванович Егоров, который руководил вузом в 1938-1939 гг. Он умело возглавлял коллектив, быстро вникая в насущные нужды института. При нем активно началось строительство нового учебного корпуса, создавалось учебно-опытное хозяйство. Однако в связи с выдвижением его в Главное Управление вузами Наркомзема СССР и переводом в связи с этим в Москву, на должность директора заступил Тажи Рафагутдинович Гайнуллин.

Институт постепенно превратился в учебный и научный центр сельского хозяйства. В 1940 г. в нем обучалось 326 студентов. За десять лет для страны было подготовлено 382 агронома и зоотехника высшей квалификации.

На 21 кафедре работали 63 преподавателя, в том числе 6 профессоров и 18 доцентов, о научных достижениях которых будет сказано ниже. Всего за десять лет учеными вуза было опубликовано около 500 научных статей, брошюр и книг.

За достижения в области научно-исследовательской работы и оказание помощи сельскохозяйственному производству десять особо отличившихся сотрудников вуза в 1939-1940 гг. стали участниками Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. Доценты А.С.Шутко, П.Д.Пшеничный и Ю.А.Усманов были награждены медалями ВСХВ.

Институт жил насыщенной творческой жизнью. Студенты высоко ценили то, что при неграмотности и малограмотности большинства населения они получили доступ к высшему образованию. Трудности 30-х годов их сплачивали, с большим уважением относились они друг к другу, с энтузиазмом учились, организованно отдыхали.

В начале 1941 г. институт разместился в новом учебном корпусе. Перед ним открывались прекрасные перспективы. Однако мирная жизнь была прервана нападением на нашу Родину немецко-фашистских захватчиков.